Встроенный АЦП STM32F207 можно заставить брать отсчёт каждые 0.5 мкс: таймер выдаёт аппаратный старт, DMA крутит буфер, а прошивка вырезает из него событие по фронту. Так Nucleo-плата превращается в захватчик сигналов для отладки, хотя частота внешнего запуска уже выходит за указанную ST границу для 12-битного режима. →
На PA6 NUCLEO-F207ZG приходит сигнал, TIM2 щёлкает два миллиона раз в секунду, а DMA без участия CPU складывает 12-битные отсчёты в кольцевой буфер. Так из встроенного АЦП вырос одноканальный захват с pre-trigger и программным поиском фронта. В коде, однако, спрятан красивый инженерный разлом: таймер задан на 2.0 МГц, выше гарантированного для внешнего запуска АЦП предела ST. →
Промышленная однопарная Ethernet-шина может соединить до 32 полевых узлов одним кабелем, а каждый узел должен суметь доказать, что его прошивку не подменили. NXP MCX A5 сводит в одном Cortex-M33 цифровой 10BASE-T1S PHY и криптоблок с гибридным PQC secure boot. Аналоговая часть линии всё же остаётся отдельной микросхемой. →
Четыре термистора контроллера гриля подключены вовсе не к ESP32: между ними сидит неизвестная 16-выводная микросхема, передающая измерения по UART 9600 бод. После реверса штатной коррекции температуры автор написал открытую прошивку с OTA, PID и графиками в браузере. →
Тридцать лет полевые датчики добирались до Ethernet через собственный протокол и шлюз. Теперь Ethernet-кадр можно отправить прямо от STM32 по одной неэкранированной паре, разделённой несколькими узлами. ST показала референс, где порядок на этой общей линии задаёт PLCA — расписание коротких окон передачи. →
Карманная консоль за €5.95 должна была честно показывать набор ретро-игр, но под её экраном обнаружился немаркированный QFN48 с ARMv8-M-совместимым ядром и 280 КБ SRAM. После порта DOOM выяснилось, что у этой игрушки приходится нащупывать даже аудиотракт: найденный PCM/DAC уже выдаёт тон, но DMA пока проигрывает буфер лишь один раз. →
Полнодуплексный I2S на STM32F407 разносит обслуживание RX и TX DMA на половину кольцевого буфера: передача стартует первой, а приём запускается из half-transfer обработчика. На стенде с WM8731 схема отработала стереопоток 48 кГц, 16 бит; GPIO-осциллограмма подтвердила чередование обработчиков и окно для DSP между событиями DMA. Целостность семплов отдельно не проверялась, а лог содержит LongSaveErrorCnt: 1 и SlowReadError: 2. →
8192-точечное БПФ на Cortex-A35 под OpenSTLinux превращается в 25 частотных полос и передаётся 100 раз в секунду на Cortex-M33. Bare-metal-ядро напрямую обновляет VFD 256×64 по 8-битной CMOS-шине, изолируя формирование сигналов дисплея от задержек Linux. Архитектура и DSP-часть опубликованы, но MP257-специфический RPMsg-передатчик и прошивка M33 в репозитории отсутствуют. →
9,88 токена/с выдаёт ESP32-S3 при локальном запуске TinyStories: квантованная модель занимает около 14,9 МБ и работает на двух ядрах Xtensa LX7 без сервера и сети. Из 28,9 млн параметров около 25 млн приходятся на Per-Layer Embeddings, из которых для каждого токена выбираются лишь отдельные строки; горячие данные размещаются в SRAM, крупные массивы — в PSRAM, редкие обращения — во flash. Модель предназначена для коротких синтетических рассказов и не обучена диалогу или генерации кода. →
78 пс — минимальный шаг позиционирования фронтов PWM в новом dsPIC33AK256MPS306, рассчитанном на многофазные DC/DC, SiC/GaN-каскады и электроприводы. Контроллер объединяет четыре комплементарные пары PWM, три 12-битных SAR-АЦП по 40 Мвыб/с и аппаратные средства защиты с заявленной задержкой компараторов 5 нс. Абсолютную точность фронтов определяют джиттер, нелинейность FEP и задержки силового тракта; ревизия A1 также содержит ограничения для LLC-триггеров АЦП и PWML. →
Более 99% эффективности показали первые 82 сцинтилляторно-SiPM модуля на стенде TIFR, где быстрый тракт мюонного триггера вынесен за пределы ядра STM32F411CEU6. SiPM-сигнал проходит трансимпедансный усилитель 909 V/A, дискриминатор и логику трёх- или четырёхкратных совпадений, после чего готовый поток фронтов считает аппаратный таймер Cortex-M4. Такая схема оставляет аналоговую селекцию и временное окно специализированной электронике, а микроконтроллеру — детерминированный scaler, мониторинг и обмен. →
PicoTTY превращает один Raspberry Pi Pico с Ethernet в текстовый канал управления сервером: составное USB-устройство одновременно выдаёт CDC-консоль и эмулирует HID-клавиатуру для BIOS, GRUB и аварийных команд. Raspberry Pi Zero 2 W объединяет узлы в браузерную панель с журналом, макросами и сценариями. Питание от USB управляемой машины ограничивает доступ при её полном обесточивании, поэтому схема рассчитана на работающие серверы и требует отдельной силовой инфраструктуры для удалённого включения. →
Восемь пользовательских линий Serial Wombat 8B превращаются в программируемый I/O-сопроцессор: CH32V003 локально обслуживает энкодеры, PWM, АЦП, кнопки и простые PID-контуры, обмениваясь с хостом по I²C. Прошивка принимает высокоуровневую конфигурацию, поэтому дребезг, отслеживание фронтов и регулирование выполняются между обменами; заявлены опрос энкодера до 57,6 кГц и квантование импульсов 17 мкс. Режимы делят таймеры, прерывания и вычислительные ресурсы одного MCU, а ранняя ревизия V5 требовала осторожности с перемычкой подтяжек I²C. →
20 fps в MJPEG и 5–7 fps в H.264 получил открытый ESP-KVM на ESP32-P4 при захвате 1080p. Связка HDMI→TC358743→CSI-2→аппаратный кодек сохраняет доступ к BIOS и установщику ОС, одновременно эмулируя USB-клавиатуру, мышь и накопитель с загрузочным образом. Предел задают преобразование RGB888 в YUV420, конкуренция DMA и PPA за PSRAM, а virtual media ограничен FAT32, 4 ГБ и чтением около 1,5 МБ/с. →
STM32CubeProgrammer 2.23 получил нативный CLI для Linux ARM64, рассчитанный на Raspberry Pi OS Debian 12 и новее. Пакет прошивает внутреннюю и внешнюю Flash, OTP и option bytes через ST-LINK, J-Link, UART, USB и GPIO-загрузчики, поэтому его можно встроить в производственный стенд, службу удалённого обслуживания или сценарий управления оснасткой. Debug authentication, SFI и операции product life cycle доступны только в полном пакете на поддерживаемом хосте. →
Два M-LVDS-трансивера SN65MLVD200A/AD и четыре PIO state machine RP2040 образуют физическую врезку в DisplayPort AUX для чтения DPCD, EDID и управления MCCS. AUX семплируется на 8 МГц, тогда как четыре пары Main Link проходят через плату сквозным соединением с расчётным импедансом 100 Ω. В захватах уже видны повторяемые битовые фрагменты, но Manchester-декодирование и запись в канал ещё не подтверждены. →
18 нативных API превращают ESP32-S3 в платформу для WebAssembly-модулей: AkiraOS загружает их по Wi‑Fi, BLE или USB и ограничивает доступ к GPIO, дисплею, накопителю и радиотрактам capability-разрешениями. Прикладной код можно обновлять отдельно от Zephyr, драйверов и системных сервисов; модули занимают 50–200 КБ, а до двух из восьми установленных могут работать одновременно. Граница изоляции опирается на WAMR и native bridge, поэтому ошибки доверенного системного кода остаются отдельным риском. →
RP2350 с 520 KiB SRAM запускает VAD, распознавание 50 голосовых токенов и синтез речи, резервируя около 468 KiB памяти. Moonshine Micro экономит SRAM за счёт общей TFLM-арены: VAD, классификатор и TTS выполняются последовательно, поэтому запись приостанавливается на время классификации и ответа. Полный цикл занимает 0,7–1,0 с, а архитектура рассчитана на команды и изолированные слова, а не на диктовку. →
no_std-совместимые Rust-драйверы ST для MEMS используют async API и traits embedded-hal для работы по I²C и SPI без привязки к конкретному микроконтроллеру. Для IMU LSM6DSV320X сохранена регистровая модель C-библиотек: доступны настройки ODR, диапазонов и сброса через типизированный интерфейс. DMA, EXTI, FIFO и синхронизацию с HAL по-прежнему связывает с платформой прикладной код. →
RP2350B перенимает функции ULA ZX Spectrum: формирует VGA 720×576 при 50 Гц, управляет общей видеопамятью, клавиатурой и таймингами, пока физический Z84C00 исполняет код. В конструкции сохранены дискретные ROM, SRAM и кассетная загрузка, а задержки доступа к экранной памяти воспроизводятся прошивкой и PIO-автоматами. Совместимость уже показана на играх, однако режим cycle-perfect не заявлен: демо, зависящие от отдельных T-state и точной синхронизации бордюра, могут отличаться. →
Порт MicroPython для SNES проходит 430 из 468 запускаемых базовых тестов на 65C816 с частотой 3,58 МГц, но работает со скоростью около 0,8 кадра/с. Стенд выявил переполнение 16-битной арифметики кадрового буфера со строки 128, ошибку знакового преобразования смещений bytecode и пропуск невыравненных указателей консервативным сборщиком мусора. →
В лицевой панели насосного реле есть маленькое ИК-окно, через которое оно без остановки рассказывает о своей работе. PumpSaver Plus 233P шлёт напряжение, ток, мощность, уставки, счётчики пусков и записи об авариях в виде простого базового цифрового потока. Фототранзистор у окна превращает сервисный индикатор в пассивный канал телеметрии для ESP32. →
С 8 июля 2026 года Microchip открывает неограниченные установки MPLAB XC Pro для PIC, AVR, dsPIC и SAM, включая уровни оптимизации O0–O3, Os и mpa — это упрощает сборки в CI, на параллельных стендах и в учебных лабораториях. Бесплатным также становится MPLAB ML Development Suite с экспортом моделей в код прошивки через MPLAB X IDE и VS Code. Сертификационные артефакты для safety-проектов остаются отдельным платным продуктом. →
1,024 МГц, 48 КБ SRAM и процессор 65C02 превращают SB Mini II в открытую аппаратную реконструкцию Apple II на современной 74HC-логике, без FPGA. Основная шина, дешифрация и память собраны на DIP-микросхемах, а VGA 640×480 и USB-клавиатуру обслуживают отдельные Raspberry Pi Pico. Такой гибрид сохраняет наблюдаемую архитектуру оригинала, но ограничивает совместимость слотов с частью старых 74LS-расширений. →
8192 микроконтроллеров CH570 уже объединены в модульный кластер Ultracluster GPU, где каждый узел управляет собственным RGB-светодиодом, а обмен строится через иерархию SPI и управляющих плат. Упрощённая оценка даёт около 270 Вт только на MCU; масштабирование до 65 536 узлов выводит систему к 2,16 кВт и 655 А при 3,3 В. При таких токах разводка питания, DC/DC-каскады и синхронизация кадра становятся частью вычислительной архитектуры. →
2 Гц–33,5 МГц с шагом ровно 2 Гц — такой диапазон AVR16EB28 получает благодаря 24-битному таймеру TCF в режиме NCO и кварцу 4,194304 МГц, умноженному PLL до 67,108864 МГц. Аккумулятор частоты задаёт среднее значение записью одного коэффициента и формирует противофазные CMOS-сигналы на WO0 и WO1. Фронты привязаны к тактам примерно 14,9 нс, поэтому между ними возникает детерминированный джиттер до ±1 периода TCF. →
ESP32-P4 превращает HDMI-сигнал в сетевой IP-KVM: мост Toshiba TC358743 передаёт изображение по MIPI CSI-2, аппаратный JPEG-кодер формирует MJPEG-поток по Ethernet, а USB HID эмулирует клавиатуру и мышь. Прошивка предлагает источнику режим 1920×1080 при 30 Гц, однако для текущей реализации не опубликованы замеры задержки и кадровой частоты. Экспериментальная сборка не поддерживает H.264 и защищённый доступ, поэтому её веб-интерфейс рассчитан на изолированный сегмент или VPN. →
Три независимых UART на USB-C показывают границы доменов DEBIX T62P-01: Linux работает на четырёх Cortex-A53 до 1,4 ГГц, а MCU R5F и R5F Device Management — на двух real-time доменах до 800 МГц. Плата 88×59 мм получила два Gigabit Ethernet с TSN, опциональный PoE, LPDDR4 до 8 ГБ и eMMC до 256 ГБ. Прикладное использование R5F зависит от BSP, загрузочной политики и IPC, тогда как временные параметры TSN задаются всей сетевой конфигурацией. →
H₂H³ переключает USB-периферию между двумя компьютерами через hub GL852G, а STM32G0B1 занимает его четвёртый порт и управляет выбором host-PC по Custom HID. Проект объединяет break-before-make для VBUS и линий USB, OLED-телеметрию питания, Rust-daemon и измерение тока трёх портов. Схемы, прошивка, PCB и корпус опубликованы под MIT и CERN-OHL-W v2; для заявленной glitch-free работы автор не приводит осциллограммы переходов и USB-IF испытания. →
Два коллекторных двигателя получают собственные USB CDC-порты, замкнутый контур скорости и квадратурный подсчёт энкодеров с декодированием 4×. AVR32DU32 обновляет RPM и PID каждые 100 мс, а синхронизация по накопленной разности отсчётов помогает сводить пару приводов в общий ход. Фиксированные бинарные кадры передают команды, телеметрию и отладочные параметры через обычный COM- или ttyACM-интерфейс. →
ESP32-S3 с 8 МБ PSRAM управляет RGB-панелью HUB75 128×64 и четырьмя энкодерами, превращая Patternflow в автономный контроллер визуальных паттернов. Браузерный редактор показывает preview, собирает модули .pfm и передаёт их по Wi‑Fi; OSC связывает устройство с Ableton и Max for Live. Проект открыт от PCB и корпуса до прошивки, но в build guide v3 USB-C временно запрещён для питания после отказа входной цепи 5 В: для силового ввода предписана двухконтактная клемма. →
24 мс на кадр занимает отрисовка 3D-куба на ESP32-S3 в демонстрации GEA — около 42 fps для сцены с перспективой, прозрачностью и отсечением обратных поверхностей. TSX и CSS при сборке преобразуются в нативный C++, поэтому в цикле рисования нет CSS-парсера; вычисления опираются на ComputedStyle размером около 520 байт и фиксированные лимиты UI. Результат получен разработчиком на конкретной сцене, где скорость ограничивают PSRAM, DMA и передача dirty rectangles на AMOLED. →
ChillPoint считывает журналы Thermochron по 1-Wire, сохраняет их во flash ESP32-C6 и открывает браузерный интерфейс через собственную Wi‑Fi-сеть. Прибор размером 50,5 × 105 × 29 мм объединяет аккумулятор, RTC и защищённый элемент ATECC608, превращая полевое чтение iButton в автономную операцию с телефона или ноутбука. Проект пока находится в статусе Coming Soon: схемы, BOM и данные о потреблении и надёжности контакта не опубликованы. →
ESP32-C6 получил модульную firmware-архитектуру с постоянным базовым образом и RISC-V payload’ами размером 2–10 КиБ, которые запускаются из RAM или XIP-области flash. HTTP-загрузка по Wi‑Fi, web-настройка и ABI системных вызовов превращают микроконтроллер в платформу для сменных bare-metal сценариев. При этом разметка 8 МиБ flash содержит только один OTA-слот, поэтому заявленный A/B rollback пока не соответствует конфигурации разделов. →
1,4 МБ SRAM и 4 МБ flash в Mi Band 10 позволили восстановить полноценную платформу прошивки для SoC BEST1503, хотя близкий аудио-SDK указывал лишь 512 КБ и 2 МБ. Реверс-инжиниринг карты памяти и периферии дал собираемый код с UART-загрузкой, AMOLED-дисплеем, тачскрином и RGB565-выводом через Quad-SPI на частоте около 36 FPS. Порт GBADoom занял примерно 89% flash и проверил работу XIP, памяти, графики и пользовательского firmware. →
На 300-мм пластине собрали квазикомплементарную пару MoS₂-nFET и WSe₂-pFET с contacted poly pitch 50 нм. Более 94% проверенных структур показали отношение Imax/Imin выше 10⁵; EUV-рисунок и перенос 2D-материалов в вольфрамовые траншеи совместили с 300-мм фабричным маршрутом. Демонстратор пока состоит из отдельных транзисторов: логическая ячейка не показана, а каналы перенесены с кристалла или малой пластины. →
1,3 В и не менее 10¹³ циклов показали 5-нм сегнетоэлектрические конденсаторы HZO на 300-мм пластине с траншейной геометрией; их 2Pr превысила 40 мкКл/см². Инженерия seed-слоя и интерфейсов помогла сформировать рабочую орторомбическую фазу при низком тепловом бюджете BEOL. Отдельно Imec продемонстрировал вертикальный IGZO-FeFET со стеком из пяти word lines: задний затвор стабилизирует стирание, а дальнейшее масштабирование потребует контроля окна памяти, disturb и разброса между уровнями. →
Пассивное NFC-поле 13,56 МГц питает ST25DA-C достаточно долго для защищённого Matter-комиссионирования, включая обмен SPAKE2+ и запись сетевых ключей в энергонезависимую память объёмом более 3 КБ. После включения устройства основной контроллер считывает подготовленное состояние по I²C и запускает Thread или Wi‑Fi. Сценарий переносит настройку ламп, датчиков и выключателей на этап до подачи штатного питания, но требует точного согласования антенны и учёта корпуса. →